24 июля 1712 года

24 июля 1712 года произошла Битва при Денене, став частью войны за испанское наследство, и зафиксировав победу французского маршала де Виллара над австрийскими и голландскими войсками под командованием Евгения Савойского.

Евгений начал осаду Ландресси. Это была последняя крепость в "железном поясе" Вобана, окружавшем столицу. В случае победы, путь на Париж 130-тысячной армии Савойского, с отменной артиллерией (130 орудий) становился открытым. У де Виллара было всего 70 тыс. полуголодных солдат, без артиллерии. (Дешот. Людовик XIV. М. 2011, стр. 259)

На рассвете 24 июля, де Виллар обманывает Евгения неожиданным маневром, переправляется через Шельду и смелой штыковой атакой овладевает укрепленным лагерем в Денене, захватив, среди прочего, весь обоз противника, бежавшего, бросая пушки и знамена (Дешот, Людовик XIV, стр 260) Потери голландо-имперцев - 17 батальонов, 8 пушек, все знамена и повозки (Блюш, Людовик XIV, стр 666)

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине

24 июля 1534 года

24 июля 1534 года Жак Картье поспешил водрузить на новой земле крест с надписью «Да здравстует король Франции!».



В 1532 г. Король Франции Франциск I совершил паломническую поездку в аббатство Монт-Сент-Мишель, расположенное на одном из островов в Южной Нормандии. Здесь аббат Жан Левенер представил ему «мастера морских дел» из соседнего местечка Сен-Мало по имени Жак Картье, способного, по словам аббата, командовать кораблями и «открывать неизвестные земли в Новом Свете». Спустя год Франциск I и епископ Левенер договорились с римским папой о том, что положения изданной еще папой Александром VI буллы о разделе Нового Света между Испанией и Португалией будут отныне распространяться только на уже открытые земли. Так, для Франции был зажжен «зеленый свет» на пути в Америку, и король сразу же дал согласие бретонцу Картье на снаряжение экспедиции, наградив его титулом «капитана и кормчего короля».

Но главное, что предстояло сделать Картье,— это найти дорогу в Китай. 20 апреля 1534 г. два корабля водоизмещением около 60 т каждый, с командами по 60 человек отплыли из Сен-Мало. В паруса Картье дул попутный ветер, и через 20 дней, 10 мая, экспедиция достигла берегов Ньюфаундленда в давно уже облюбованном французскими моряками месте — у мыса Бонависта. Стоя на верхней палубе, «капитан короля» и его команда с изумлением вглядывались в открывшуюся перед ними картину. Моряков поразило прежде всего обилие птиц. Казалось, «ими можно было бы заполнить трюмы всех кораблей Франции, и не заметить при этом, что их количество на берегу хоть сколько-нибудь уменьшилось».



Первое знакомство с таинственной землей оказалось удачным. Матросы пополнили свои запасы свежей дичью и двинулись дальше. Обогнув северную оконечность острова, корабли поплыли на юго-запад, и взорам путешественников открылась ширь залива Св. Лаврентия. Встреченные на пути пустынные островки привели Картье в уныние и навеяли грустную мысль: не та ли уж это «земля, которую господь предназначил Каину»? Соблюдая крайнюю осторожность в незнакомых водах, производя при каждом удобном случае промеры глубин, два легких суденышка Картье еле ползли вдоль западного берега Ньюфаундленда, который до этого был почти неизвестен мореплавателям. Затем экспедиция высадилась на острове Брион, лежащем почти в середине залива. Моряки пришли в восторг, найдя его «покрытым великолепными лесами и лугами, полями дикого овса и цветущего гороха, такого же чудесного и густого, как и в Бретани, словно его посеяли землепашцы». Здесь росли дикие розы, земляника, кусты «крыжовника», «петрушка и другие сильно пахнущие травы». На острове Принца Эдуарда, где Картье четырежды высаживался на берег, и на полуострове Гаспе воображение мореплавателей поразили величественные девственные леса. Нельзя было найти лучшего материала, чем эти деревья, «для изготовления мачт для кораблей в 300 т и более».

До сих пор Картье еще не сталкивался с индейцами. Лишь на острове Принца Эдуарда французы увидели местных жителей, переправлявшихся через речку. У берегов Гаспе к кораблям неожиданно приблизились две небольшие флотилии по 40—50 каноэ, полные индейцев, размахивавших меховыми шкурами на наконечниках копий. Индейцы выкрикивали какие-то приветствия, плясали «и делали разные знаки дружбы и радости». Картье, не доверяя «диким», побоялся вступить с ними в контакт. Два выстрела корабельной артиллерии над головами аборигенов рассеяли их быстрые суденышки.

На следующий день девять каноэ, опять полные туземцев, появились перед кораблями Картье. Индейцы показывали меховые шкурки, приглашая начать обмен. Два матроса, посланных Картье с набором различных металлических предметов, высадились на берег, где и состоялась сделка. Через день был устроен еще более крупный торг. Войдя в азарт, индейцы продали даже собственную меховую одежду и отправились домой голыми.

Вскоре на полуострове Гаспе французы встретили группу индейцев во главе с вождем Доннаконой. Это были гуроны, ловившие в тех местах рыбу. О них у Картье сложилось самое неблагоприятное впечатление. Но это, видимо, по той причине, что у рыбачивших индейцев было тогда «товару за душой меньше, чем на пять су, если посчитать челнов и рыболовных снастей».

24 июля 1534 г. Картье поспешил водрузить на новой земле крест с надписью «Да здравстует король Франции!» Присутствовавший при этом вождь Доннакона, хотя и не понимал смысла происходившего, попытался вразумить чужестранцев, доказывая, что на этой территории живет его племя и без разрешения вождя крест водружать нельзя, но, задаренный пустяковыми подарками, вскоре перестал противиться. Возможно, его заставили сделать это политические соображения: племя гуронов, доминировавшее в нижнем течении реки Св. Лаврентия, нуждалось в сильном союзнике.



В последующие несколько дней Картье завершил своо первое плавание, но входа в реку св. Лаврентия так и не заметил. Он повернул назад, прихватив с собою двух индейских юношей — сыновей вождя Доннаконы, которых просто похитил.

Возвратившись во Францию 5 сентября 1534 г., Картье составил карту своего путешествия. В результате стало ясным, что за Ньюфаундлендом находилось обширное внутреннее море, дававшее возможность проникнуть вглубь континента.

Контакты с индейцами и коммерческие выгоды от освоения открытых земель понудили короля Франции дать санкцию на второе путешествие и даже выделить 3 тыс. ливров на оснащение экспедиции. Целью второго плавания было «завершение навигации в землях за Ньюфаундлендом» и «продолжение открытия дальних земель».

19 мая 1535 г. Картье на трех кораблях со 110 спутниками отплыл из Франции и через 50 дней добрался до залива Св. Лаврентия. Вместе с ним вернулись и два молодых индейца, выучившие к тому времени французский язык. На сей раз корабли следовали вдоль северного берега залива курсом, который неизбежно должен был привести в устье реки Св. Лаврентия. От острова Антикости, который первоначально Картье принял за полуостров, по словам индейцев, начинался великий водный путь в «королевство Сагеней», или в «Канаду», и путь этот шел «столь далеко, что ни один человек еще не доходил до его конца».

Так, впервые в истории появилось слово «Канада» в качестве названия колонизуемых Францией земель в бассейне реки Св. Лаврентия.

С большими предосторожностями Картье последовал путем, который вел в Канаду. Чуть ниже индейской деревни Стадакона (будущий Квебек) Картье столкнулся с многочисленной группой гуронов, а на следующий день с флотилией из 12 челнов к французам прибыл сам верховный вождь гуронов Доннакона, встретившийся, наконец, со своими двумя сыновьями.

Картье собирался двигаться дальше к тому месту, где находилось селение Ошлага. Однако Доннакона не хотел этого, опасаясь, видимо, возможного союза европейцев с другими индейскими племенами, а также не желая упускать случай обменять свои товары на привезенные пришельцами из-за океана. Все попытки отговорить Картье от похода к Ошлаге оказались безуспешными. 19 сентября 1535 г. на одном корабле и двух баркасах он направился вверх по течению. Но через некоторое время Картье пришлось оставить корабль, так как река разделялась на несколько узких протоков, и добираться до заветной цели уже на баркасах.

В Ошлаге, вскоре переименованной в Монреаль, Картье дружелюбно встретила почти тысяча индейцев-гуронов.

Картье оставил довольно подробное описание поселения гуронов. Оно «располагается по кругу и ограждено сплошной деревянной трехъярусной изгородью наподобие пирамиды. Верхний ярус сделан из скрепленных крест на крест, средний — из поставленных отвесно, а самый нижний — из положенных в длину деревянных брусков.

Все умело подогнано и искусно скреплено по местному образцу, а высота изгороди примерно два копья. Проникнуть в деревню можно лишь через одни-единственные ворота в ограде, которые прочно запираются на засов. Над входом, а также во многих других местах вдоль ограды устроено что-то вроде галереи с лестницами. Сложенные здесь камни туземцы используют для защиты от неприятеля. В деревне примерно 50 домов, каждый шагов 15 в длину или больше, а в ширину шагов 12—15, и выстроены они целиком из дерева, а крыши сделаны из коры, и снаружи дома тоже обшиты большими (величиной со ствол) кусками коры, и куски эти весьма искусно и хитроумно сплетены на тамошний манер. Внутри каждого дома много комнат и кладовок, а в середине широкое пространство без пола, где зажигают костер и собираются все вместе; потом мужчины с членами семьи расходятся по своим комнатам. А наверху в их домах есть еще и чердаки, где они хранят зерно, из которого женщины выпекают хлеб».

Ошлага произвела на Картье незабываемое впечатление. Поднявшись на гору, названную им Королевской (Монтройял), Картье увидел захватывающую панораму еще неизведанных земель: цепи гор, «отличнейшие пахотные земли, которые только можно себе представить». А среди этого великолепия «течет река, она продолжается дальше того места, где мы оставили наши баркасы и где бушуют невиданной ярости пороги, пройти через которые мы оказались не в силах. И насколько хватает глаз, видна эта река, могучая, широкая и полноводная».

Из Ошлаги Картье 11 октября 1535 г. вернулся в Стадакону, где оставались два корабля. Возвращаться во Францию было уже поздно: зимняя Атлантика не сулила ничего хорошего путешественникам. Картье решил зимовать в Канаде. Моряки соорудили укрепленный форт, вырыв вокруг глубокие траншеи и установив артиллерию, поскольку отношения с индейцами к этому времени оказались испорченными.

В декабре среди европейцев разразилась цинга. К середине февраля из 110 французов не было и десяти, которые оставались здоровыми. Неизвестно, чем бы окончилась для путешественников первая зима в Канаде, если бы не настойка из листьев и коры дерева «апнеда», которую их научили делать гуроны. За восемь дней французы полностью «съели» целое большое дерево, и это дало такой эффект, что «будь здесь все доктора Лувена и Монпелье, со всеми их александрийскими снадобьями, они и за год не смогли бы добиться того, что одно дерево сделало за неделю».

Спасенные европейцы отплатили черной неблагодарностью местным жителям. Перед тем как отправиться в обратный путь Картье захватил 10 индейцев, в том числе вождя Доннакону. Он хотел, чтобы король лично услышал от них рассказы о золоте и прочих богатствах. Никто из туземцев уже никогда не вернулся назад.

6 мая корабли Картье взяли курс на родину и через три недели прибыли в Сен-Мало.

Сведения о ресурсах и жителях вновь открытой земли, более подробные, чем уже имевшиеся, побудили Францию предпринять попытку основать первую колонию в Америке. Подготовка очередного плавания была поручена Жану-Франсуа де ля Року, известному в истории Канады под именем Роберваля. Королевские инструкции на сей раз предписывали пе только продолжить изучение новых земель, но и построить на них «поселки и форты, часовни и церкви для утверждения святой католической веры и христианской доктрины». Роберваль заочно именовался уже «королем Канады» и получал право установить в новом владении феодальный (сеньориальный) режим и торговую монополию. Менее знатному Картье на сей раз отводилась лишь роль капитана.

Стремление Франции облечь в религиозно-миссионерскую форму попытку закрепиться в Америке объяснялось скорее всего боязнью конфликта с Испанией и Португалией, которые ревностно охраняли свои позиции в Новом Свете. На самом же деле французов прежде всего интересовали богатства, которые можно было извлечь из заокеанских плаваний.

23 мая 1541 г. Картье без Роберваля на пяти кораблях снова отплыл к берегам Канады. Как и пять лет назад, экспедиция остановилась у Стадаконы, как и пять лет назад, ее встретила толпа индейцев с новым вождем Агоной. Однако отношения с туземцами уже не были столь дружескими. Гуроны больше не посещали лагерь европейцев, не приносили на обмен мехов, не устраивали на виду веселых игр и пиршеств. Как пишет американский историк С. Моррисон, «эти туземцы уже поняли, как в конечном итоге поняли рано или поздно все коренные жители Северной Америки, что сосуществование с европейцами означает для них смерть».

Зима 1541—1542 г. прошла для европейцев в страшной нужде, болезнях и стычках с индейцами. Картье стало ясно, что для основания новой колонии нужны более крупные силы и средства. Не дождавшись Роберваля, в июне 1542 г. французы покинули свой лагерь у того места, где река Оттава впадает в реку Св. Лаврентия, и отправились на родину, захватив несколько бочонков «золота и серебра», а также корзину таких «драгоценных камней, как рубины и бриллианты». В ньюфаундлендской бухте Сент-Джон Картье повстречал корабли Роберваля, прибывшие в Канаду с опозданием на один год. Ослушавшись своего более молодого и знатного патрона, Картье все же продолжил путь домой, спеша, по-видимому, преподнести королю добытые драгоценности. Каково же было его разочарование, когда оказалось, что за «золото» он и его спутники приняли железный пирит, а за бриллианты — кристаллический кварц! От груза Картье ничего не осталось, кроме крылатого выражения — «фальшивый, как канадские бриллианты».

Тем временем Роберваль, прибыв в Канаду, соорудил на месте лагеря Картье более надежный форт и после неудачных попыток преодолеть пороги реки Св. Лаврентия в районе Монреаля остался в нем на зимовку. О жизни первых французских колонистов в Канаде сохранилось мало сведений. Известно, что она была далеко не счастливой, ибо уже на следующее лето Роберваль погрузил оставшихся в живых колонистов на корабли и в сентябре 1543 г. вернулся во Францию.

Кстати, ни о каких действиях для утверждения католической веры во время плавания Роберваля упоминаний не сохранилось. Едва ли их следовало и ожидать — ведь Роберваль был протестантом. Так что попытка основать колонию в Канаде носила не миссионерский, а чисто коммерческий характер. Закончилась она безуспешно, и в истории французской колонизации Канады наступила долгая пауза почти в 60 лет.

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине

24 июля 1684 года

24 июля 1684 года экспедиция Ла Саля отплыла из Франции в сторону Мексиканского залива.

Рене-Робер Кавелье

Рене-Робер Кавелье получил воспитание в иезуитском колледже. К 22 годам он решил не принимать сан и, услышав о приключениях Шамплена и прочих французов в Америке, отправился в Новую Францию, где ему был пожалован земельный участок на острове Монреаль возле порогов Лашин. Помимо земледелия, Кавелье приторговывал пушниной, которую доставляли в его поместье индейцы из далёких уголков Америки. Из общения с туземцами ему стало известно о больших реках к югу от Великих озёр. В 1669 г. предприимчивый француз продал свой участок с намерением двинуться в сторону реки Огайо; долгое время ему приписывалась честь её открытия.

Кавелье нашёл союзника в лице графа де Фронтенака, самого энергичного и успешного из всех губернаторов Новой Франции. Фронтенак, которому докучали своими вылазками ирокезы, убедил Кавелье возвести на берегу озера Онтарио форт Фронтенак, откуда можно было держать под контролем меховую торговлю индейцев с колонистами Новой Англии, а также отправлять разведывательные экспедиции внутрь континента.

Планы Кавелье и Фронтенака натолкнулись на противодействие как монреальских купцов, державшихся за свою монополию на торговлю пушниной, так и иезуитов, которые считали своим долгом первыми принести туземцам «свет слова божьего». Кавелье, однако, во время поездки во Францию заручился поддержкой королевского двора, заложил форт Фронтенак (ныне Кингстон) и стал управлять им как представитель губернатора. В благодарность за усердие Людовик XIV возвёл его в дворянство с титулом «сеньора де ла Саль».

Высадка экспедиции Ла Саля на берег Техаса (худ. Теодор Гудин)

Управляя своим фортом, Ла Саль разбогател на торговле пушниной, но это не остудило его одержимости неизведанными землями к югу. В 1677 г. он вновь едет на встречу с «королём-солнцем» и получает разрешение на освоение «западных пределов Новой Франции», строительство бревенчатых укреплений, а также монопольное право на торговлю шкурами буйволов.

Поскольку король отказался финансировать предприятия колониста, Ла Салю пришлось войти в крупные долги в Париже и в Монреале. Иезуиты продолжали всячески препятствовать его деятельности, но зато в Европе он нашёл верного соратника в лице итальянского рыцаря Анри де Тонти. По возвращении в Канаду в 1679 году Ла Саль и Тонти построили «Гриффон» — первое торговое судно, бороздившее воды озера Эри. На нём они надеялись спуститься вниз по Миссисипи. Двигаясь на запад, Ла Салю удалось обнаружить крупную реку Иллинойс. Там был заложен форт Кревкёр (фр. Crèvecœur) и начато строительство ещё одного корабля.

Готовясь к походу внутрь материка, Ла Саль подметил, что индейцы способны совершать большие сухопутные переходы, питаясь дичью и небольшим запасом маиса. Таким образом он в середине зимы пропутешествовал от Ниагарского водопада до форта Фронтенак, чем вызвал неподдельное восхищение иезуита Луи Аннепена, решившего примкнуть к его отряду. Несмотря на крушение «Гриффона» и уничтожение форт-Кревкёра, Ла Саль в 1680 году сумел спуститься по Иллинойсу вплоть до его слияния с Миссисипи. Река его мечты лежала перед ним, но первопроходцу пришлось повернуть назад при известии об опасности, грозящей отряду его товарища Тонти.

Только в сезон 1681—1682 годов, получив дополнительные средства от заимодавцев, Ла Саль и Тонти спустились на каноэ вниз по Миссисипи и вышли 9 апреля в Мексиканский залив. Там Ла Саль торжественно объявил весь бассейн пройденной им реки собственностью французского короля и дал этим землям, плодороднейшим на континенте, имя Луизианы, то есть «Людовиковых».

Следующим мероприятием Ла Саля было возведение форта Сен-Луи на Иллинойсе. Основными поселенцами этой колонии на первых порах были индейцы. Для поддержания колонии на плаву Ла Саль обратился за помощью к губернатору в Квебек. Вести пришли неутешительные: Фронтенак был смещён, а его преемник, относившийся к Ла Салю весьма неприязненно, потребовал от последнего оставить Сен-Луи. Первопроходец отказался подчиниться приказу и, прибыв в Версаль, настоял на аудиенции у короля, который выслушал его благосклонно и пообещал свою поддержку.

Для закрепления Луизианы за Францией Ла Саль считал необходимым обосноваться в устье Миссисипи и, по возможности, отобрать у испанцев северную часть Техаса. В его распоряжении находилось не более 200 французов, но он считал возможным собрать под своими знамёнами до 15 тысяч индейцев и, кроме того, рассчитывал на услуги карибских буканиров. Со стороны это предприятие выглядело авантюрой, однако Людовик XIV, в то время воевавший с испанцами, посчитал, что отвлечь их внимание на западе было бы полезным. Он выделил Ла Салю деньги, суда и людей.

24 июля 1684 года экспедиция Ла Саля отплыла из Франции в сторону Мексиканского залива. С самого начала её преследовали неудачи — болезни, пираты, кораблекрушения. Капитаны отказывались следовать приказам Ла Саля. Их карты оказались настолько неточными, что суда прошли на 500 миль западнее точки назначения и приняли за устье Миссисипи бухту Матагорда у берегов Техаса. Отчаявшись найти заветную реку, моряки взбунтовались и умертвили Ла Саля.



Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине

10 июля (23 июля) 1914 года

Дневник Николая II. 10-го июля. Четверг.

Поехал с Пуанкаре на смотр войскам, кот. начался с объезда в 10 час. Он ехал с Аликс и М[арией] и А[настасией]. Прохождение кончилось в 12 1/4. Остался очень доволен. Завтрак был в Красносельской палатке. Днем сделалось очень жарко. Вернулись по жел. дор. в 3 часа. Погулял, сильно потел и выкупался с наслаждением. С запада полезла большая туча; прошла гроза с ливнем как раз перед нашим уходом с Пуанкаре в Кронштадт.

В 7 1/2 переехали на новый брон. “France”, на юте кот. был обед на 104 челов. Все прошло очень хорошо, и в 10 час. мы простились с президентом и пошли в Петергоф, куда прибыли в 11 час. штилем и с темнотою. Читал.

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине

23 июля (11 июля по старому стилю) 1812 года.

Подвиг солдат Раевского под Салтановкой. Худ. Самокиш.

Сражение у деревни Салтановка 7-го пехотного корпуса русской армии под командованием генерал-лейтенанта Раевского с 1-м французским корпусом маршала Даву.
2-я Западная армия генерала Багратиона оказалась под угрозой обхода с тыла двумя корпусами наполеоновской армии 5-м польским под командованием князя Понятовского, и 8-м вестфальским под командованием генерала Вандамма. Путь соединения с 1-й Западной армией Барклая-де-Толли через Минск был блокирован 1-м армейским корпусом маршала Даву, поэтому армия Багратиона вынуждена была искать путь на сближение с 1-й армией через Могилев. К этому городу, чтобы отрезать Багратиона от Барклая, были направлены части корпуса Даву.

Князь Багратион рассчитывал подойти к Могилеву чуть раньше Даву и с боями пробиться к 1-й Западной армии. Еще 18 июля из Бобруйска в Могилев был направлен корпус генерала-лейтенанта Раевского с авангардом из казачьего отряда полковника Сысоева 3-го и драгунской бригады генерал-майора Сиверса. 19 июля к Могилеву выступили остальные силы 2-й Западной армии.

21 (9) июля наш авангард оттеснил передовой отряд французов от Салтановки к Могилеву, у которого маршал Даву 20 (8) июля сосредоточил 28 тысяч своих войск, а вечером 21 (9) июля выдвинул свой авангард к деревне Дашковке. 22 (10) июля авангард корпуса генерала Раевского (под командой полковника Глебова 1-го) и авангард генерал-адъютанта Васильчикова оттеснили французский авангард от Дашковки на их главную позицию у Салтановки.

23 (11) июля Багратион приказал генералу Раевскому, в распоряжении которого находилось всего лишь 15 тысяч человек, атаковать укрепленные позиции французов у Салтановки. Остальные войска 2-й Западной армии находились в этот момент в одном переходе позади 7-го пехотного корпуса и только направлялись к Дашковке.

Схема боя при деревне Солтановка 23 (11) июля 1812 года. 1-ое положение. (Составлена полковником генерального штаба Михаилом Иностранцевым).

Позиция маршала Даву левым флангом упиралась в Днепр, а правым флангом и фронтом в ручей у Салтановки, текущий через глубокую болотистую долину, перед которой и располагались деревни Фатова и Салтановка. В районе деревень ручей образовывал запруды, через которые можно было перебраться только по узким греблям (плотинам). Мост у Салтановки был загражден, а плотина у Фатова перекопана французами. Перед фронтом войск Даву и к правому флангу тянулись обширные леса.
Пять батальонов французов, с резервом в четыре батальона, занимали передовые позиции на постоялом дворе у деревни Салтановка и мельницу у Фатова. У деревни Селец, в трех верстах позади, были расположены три полка 5-ой пехотной дивизии генерала Компана и дивизия кирасир. Дорогу к Могилеву прикрывал «Легион Вислы» - эта польская дивизия под командованием французского генерала Клапареда входила в состав наполеоновской гвардии.
Авангард русского 7-го пехотного корпуса под началом полковника Глебова 1-го, в составе 6-го и 42-го егерских полков, оттеснил из леса передовые части французов. Под прикрытием авангарда генерал Раевский построил свой войска в боевой порядок на северной опушке леса, напротив фронтальной части французской позиции. 26-я пехотная дивизия генерал-майора Паскевича заняла левый фланг у деревни Фатова, а 12-я пехотная дивизия генерал-майора Колюбакина – на правом фланге у деревни Салтановка. Центр остался за авангардом полковника Глебова 1-го.
Первая атака русских войск на Салтановку была отбита французами. Части 12-й пехотной дивизии не смогли взять мост через ручей. После этого 26-я пехотная дивизия произвела вторую атаку на деревню Фатова. Вытеснив французов из домов на правом берегу ручья, солдаты прорвались на противоположный берег, но подоспевший резерв французов оттеснил их обратно.
Генерал Паскевич попытался обойти правый фланг французов и передовые части его 26-ой пехотной дивизии достигли деревни Селец, но несколько батальонов французов бросились в лес, чтобы отрезать авангард от основной части дивизии, и это заставило русских отступить.
В это время генерал Раевский, по звукам выстрелов решивший, что 26-я пехотная дивизия подается вперед, приказал 12-й пехотной дивизии снова атаковать мост у Салтановки. Смоленский пехотный полк, направленный в атаку, заметил неприятельскую колонну, перешедшую ручей ниже моста, стремительно атаковал французов и опрокинул их в болото.
Пока смоленцы атаковали французов, князь Раевский получил донесение от Паскевича о невозможности обойти правый фланг неприятеля, а также узнал от пленных, что впереди стоят три французских пехотных дивизии и две кавалерийских, а за ними, в Могилеве, остальные войска маршала Даву. Осознав невозможность прорваться к Могилеву с имеющимися у него силами, генерал Раевский прекратил атаки и приказал своему корпусу отступать. 7-й пехотный корпус, преследуемый противником до деревни Новоселок, отступил в полном составе к деревне Дашковке. К ночи 23 июля сюда подошли остальные части 2-й Западной армии.

Схема боя при деревне Солтановка 23 (11) июля 1812 года. 2-ое положение. (Составлена полковником генерального штаба Михаилом Иностранцевым)



После сражения у Салтановки князь Багратион понял невозможность пробиться через Могилев к 1-й Западной армии, что заставило его искать возможность соединения с ней через Мстиславль на Смоленск.

В сражении у деревни Салтановка отличились:

Командир 12-й артиллерийской бригады, подполковник Саблин - «устроил из шести легких орудий батарею, командовал ею и верными выстрелами удержал стремление на эту батарею». Артиллерийская рота подполковника Саблина потеряла в этом сражении выбывшими из строя 54 нижних чина и 73 лошади и до тех пор, пока не привели других лошадей для вывоза орудий, артиллеристы подполковника Саблина при сильном нападении неприятеля защищались прибойниками и не потеряли ни одного орудия. Алексопольского пехотного полка майор Шабер - «опрокинул своим батальоном начинавших обходить наш левый фланг неприятельских стрелков и колонну в лесу».

Рядовой Нижегородского пехотного полка Иван Кандиоти - «первым врезался при атаке в неприятельскую колонну, взял неприятельское знамя, но оно было отбито превосходными силами неприятеля».

Поручик Новоингерманландского пехотного полка Жуховский - «кинувшись со взводом на неприятеля, покушавшегося отбить наши орудия, не только прогнал его, но, вырвал у французского солдата ружье, заколол им оного».

Подпрапорщик Полтавского пехотного полка Корней Жиян - «выручил своим штыком раненого шефа полка, полковника Либгарда, из плена». Подпрапорщик Григорий Трофимов этого же полка - «спас двух офицеров из плена, заступил в стрелках раненого офицера, первый побежал к французской батарее и переранил ружейными выстрелами многих ее артиллеристов; заставил напоследок эту батарею умолкнуть и облегчил этим атаку нашей колонны, во главе которой прежде всего бросился на неприятеля и два раза отнимал у него знамя, отбитое напоследок неприятелем».

Майор Смоленского пехотного полка Мацкевич - «когда полковник Рылеев и майор Шенгелидзев были ранены, а майор Шевелев был убит, вступил в командование полком и, перебежав с полком через мост, поражал неприятеля за заборами и за плетнями».

Капитан 6-го егерского полка Бергер - «когда командир батальона, майор Старов 2-й, был ранен, командовал батальоном».

Майор 42-го егерского полка Сытин «будучи ранен, перевязал рану и оставался в строю до конца сражения»; майор Хвицкой из этого же полка «будучи ранен в левую руку, перевязал рану и вступил в бой, во время которого вновь ранен в бок и в плечо».

Майор запасного батальона 42-го егерского полка Желтов - «прикрывал правый фланг, занимал опушку леса и не допускал неприятеля, имевшего намерение обойти»; юнкер Белой - «при отступлении из леса, поразил штыком четырех неприятельских стрелков, напавших на майора Синицына (командир батальона), и спас его жизнь»; унтер-офицер Евстигнеев этого же полка - «будучи в охотниках, пробился сквозь неприятельских стрелков».

В запасном батальоне 5-го егерского полка отличились: капитан Подстригин и штабс-капитан Артюхов - «рассыпавши роты, с отличною храбростию действовали против неприятеля и собою подавали пример нижним чинам и заставили неприятельских стрелков ретироваться»; прапорщик Раевский - «находился всегда впереди стрелков, а во время атаки на штыках стремился впереди колонны; он первый бросился в середину неприятеля и последний отступил назад»; портупей-юнкера Венедиктов и Раевский - «находясь в стрелках, с отличным мужеством действовали на неприятеля, чем подали пример и подчиненным; из коих первый ранен картечью».

Прапорщик Киевского драгунского полка Стасенко - «будучи отряжен с фланкерами полка для прикрытия левого фланга нашей боевой линии, отражал неприятеля и отбил захваченных им в плен 1 барабанщика и 13 стрелков».

Легкой №47 роты 26-й артиллерийской бригады штабс-капитан Семенов - «командуя четырьмя орудиями и находясь под сильным огнем неприятельских стрелков, подбил два неприятельских орудия»; поручик Карачаров - «при обходе неприятелем нашего левого фланга, картечным огнем своих двух орудий, и при содействии подоспевшего Полтавского пехотного полка, заставил отступить неприятельскую колонну».

Награжден орденом св. Георгия 4-й ст. подполковник 12-й артиллерийской бригады Саблин.

Князь Багратион назначил нижеследующее число знаков отличия Военного Ордена: Киевскому драгунскому полку - 12, Ахтырскому гусарскому полку - 2, Алексопольскому, Ладожскому, Нижегородскому, Орловскому пехотным, 6-му и 42-му егерским полкам - каждому по 40; Полтавскому и Смоленскому пехотным полкам - каждому по 38; 12-й артиллерийской бригады ротам: батарейной №12 и легкой №22 - по 5 каждой; легкой №23 - 10; 26-й артиллерийской бригады ротам: батарейной №26 - 1, легкой №47 - 8, легкой №48 - 7.
Потери русских войск в сражении 23 (11) июля при деревне Салтановка.

Убиты: в Алексопольского пехотном полку майор Иван Подпрятов 2-й, капитаны Никита Гористов и Григорий Пауков. В Нижегородском пехотном полку капитан Сазонов и поручик Гаркушенков. В Орловском пехотном полку: штабс-капитан Белицкий, прапорщики Васич и Калиновский. В Смоленском пехотном полку: майор Максим Шевелев, поручик Феофил Загурский 2-й. В 42-го егерском полку: штабс-капитаны Григорий Сошальский, Александр Саварский, поручик Тимофей Ерофеев, прапорщик Андрей Комлин. В 12-й артиллерийской блигаде капитан Петр Можаров (15 июля умер от ран). В Легкой №48 роте 26-й артиллерийской бригаде подпоручик Николай Волков.

Пропали без вести: Майор Нижегородского пехотного полка Скибиневский и прапорщик Орловского пехотного полка Козмин. (Майор Скибиневский, получив четыре тяжелые раны и будучи оставлен на поле сражения в числе убитых, был взят французами в плен и, при занятии нами города Могилева в ноябре 1812 года, освобожден и награжден орденом св. Владимира 4-й степени с бантом.)


Николай Николаевич Раевский (1771-1829). Худ. Доу.

Ранены: Командир 7-го пехотного корпуса, генерал-лейтенант Раевский; командир 12-й пехотной дивизии, генерал-майор Колюбакин. В Алексопольском пехотном полку: шеф, полковник Карл Панцербитер (контужен), майор Савва Бициллий, штабс-капитаны Войцех Горбацкий, Михаил Бухинский 1-й, поручик Петр Воронин 1-й, прапорщики Василий Шепеленко-Зоря, Павел Воронин 2-й (контужен). В Ладожском пехотном полку прапорщики Никора и Стойков. В Нижегородском пехотном полку: шеф, полковник Ладыженский, капитаны Каханеев, Юлегин, штабс-капитан Донцов 1-й, поручик Гедерим-Гроз-Новгородской, поручики Потемкин и Удри 2-й. Новоингерманландском пехотном полку подпоручик Иван Павлов. В Орловском пехотном полку - майор Путятин, поручик Литвинов, прапорщики Бунаков и Дубина. В Полтавском пехотном полку: шеф, полковник Либгардт, майор Ермаков, капитаны: Миркалов, Сиверс, Шишкин, подпоручики Маньков, Устимович, прапорщик Жиян 2-й. В Смоленском пехотном полку: полковник Михаил Рылеев, майор Егор Шенгелидзев, капитаны Василий Полтев, Василий Косташ, штабс-капитан Александр Романович 2-й, поручики Станислав Жаховский, Семен Бурлей 2-й, подпоручик Василий Грамберг, прапорщики Исаия Транковский 3-й, Константин Косарев, Петр Микалинский 4-й, Иван Чванов. В 6-ом егерском полку: майор Старов 2-й, капитаны: Гримайло, Хрущев, поручики Булгарин 1-й, Марачинский, Лукьянский, Цыбульский, прапорщики Войткевич, Орел. В 42-ом егерском полку: майоры Герасим Сытин, Андрей Хвицкой, капитан Александр Садыков, штабс-капитан Алексей Жадовский, подпоручики Безобразов, Дараганов, Ивашкин. Запасного батальона 42-го егерского полка майор Синицын (контужен). В Киевском драгунском полку - прапорщик Стасенко. Во 2-м пионерском полку минерной роты подполковника Сазонова штабс-капитан Белоусович. В 12-й артиллерийской бригаде: поручик Кикенап, подпоручик Смагин (контужен), прапорщик Андрей Крон. 26-й артиллерийской бригаде подпоручик Шефаворский.

Другие события этого дня отечественной войны 1812 года.

События дня минувшего 22 (10) июля 1812 года.

Источники:

1. Генерал-майор М. Богданович "История Отечественной войны 1812 года по достоверным источникам", Санкт-Петербург, 1859 год. Том 1.

2. Боевой календарь-ежедневник Отечественной войны 1812 года. Часть 1. Составитель Н.П. Поликарпов. Москва. 1913 год.

3. Иностранцев М. А. Отечественная война 1812 года. Операции 2-й Западной армии князя Багратиона от начала войны до Смоленска. Чертежи.

Материал подготовил обозреватель Александр Лир. 

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории

Доска в пине

23 июля (11 июля по старому стилю) 1813 года

Русская резервная армия под началом генерала от инфантерии князя Д.И. Лобанова-Ростовского выдвигается к реке Висла.

В Российской империи издан указ об объявлении дополнительного рекрутского набора: в Тобольской и Томской губерниях – по 5 человек, в Смоленской и Псковской губерниях – по 2 человека, в Лифляндской губернии – по 6 человек, а в Курляндской губернии – по 12 человек с каждых 500 душ.

Накануне издан указ о дополнительном рекрутском наборе в Эстляндской губернии.

Князь Дмитрий Иванович Лобанов-Ростовский

События дня минувшего 22 (10) июля 1813 года.

Источники:

1. Генерал М. Богданович. История войны 1813 года за независимость Германии по достоверным источникам. Санкт-Петербург, 1863 год. Том 1

2. Описание войны 1813 года сочиненное генерал-лейтенант Михайловским-Данилевским. 1840. Часть первая.

Материал подготовил обозреватель Александр Лир.

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине

23 июля (11 июля по старому стилю) 1812 года

Перестрелка. Рисунок А. Кондратьева

Две колонны 1-ой Западной армии генерала от инфантерии Барклая де Толли вышедшие 20 июля из Полоцка соединились у Витебска 23 июля. Прусские войска генерала от инфантерии фон Граверта осадили Ригу.

Стычки в местечке Бабиновичи и при городе Сенно.

Из главных сил 1-й Западной армии 23 (11) июля были направлены кавалерийские «партии» (разъезды) к местечку Бабиновичи и к городу Сенно (через местечко Будилово). Первый разъезд обнаружил в Бабиновичах отряд голландской гвардии, с боем вытеснил его из местечка, взял в плен офицера, трубача и 25 рядовых. Второй, направленный через местечко Будилово («Будилова пристань») по дороге на город Сенно, дошел до самого городка, опрокинул в нем французский форпост и взял в плен одного рядового.

Дело при местечке Бешенковичи.

У местечка Бешенковичи находился отряд полковника Потемкина в составе батальона Бутырского пехотного полка, батальона 21-го егерского полка (майора Степанова), батальона 40-го егерского полка (майора Букинского), двух эскадронов Сумского гусарского полка (под командованием майора Самарина) гвардейская Черноморская сотня, два орудия легкой №45 роты 24-й артиллерийской бригады, два орудия №4 роты полковника Мерлина.

Накануне вечером к Бешенковичам прибыли шесть эскадронов неприятельских улан, а утром 23 июля к ним присоединились драгуны и уланы (из авангарда французской кавалерийской колонны короля Неаполитанского маршала Мюрата.

Около полудня русские егеря, рассредоточенные в «стрелках» по местечку около берега Западной Двины, начали перестрелку с французскими фланкерами и вели ее без остановки до самого вечера.

Около двух часов по полудню к местечку начала прибывать французская пехота и артиллерия. Кавалерия неприятеля остановилась колоннами с левой стороны Бешенковичей, не входя в местечко. Французы сразу же начали артиллерийский обстрел наших позиций, но не смотря на то, что он продолжался несколько часов, не нанес вреда отряду Потемкина. При этом наши орудия легкой №45 роты, под командованием подпоручика Шефаревского, расположенные напротив брода, весьма удачно вели огонь, но поскольку они «лежали отменно низко», французская артиллерия вынудила их сняться с позиции и Потемкин отослал их назад под прикрытием роты Бутырского пехотного полка.

Вместо этого в Бешенковичи были направлены новые стрелки, которые «стреляли по кавалерии удачно». В шесть часов вечера часть французской кавалерии и пехоты переправилась через Западную Двину и вынудила отряд Потемкина отступить.

Продовольственные запасы, находившиеся в Бешенковичах, были заблаговременно увезены с охраной из гвардейской Черноморской сотни. «При удержании неприятеля, силившегося переправиться через р. Двину, где распоряжением «войскового полковника» гвардейской Черноморской сотни Афанасия Федоровича Бурсака 2-го спасены наши магазины от неприятеля».

Батальон 21-го егерского полка, гвардейскую Черноморскую сотню и два орудия конно-артиллерийской №4 роты полковник Потемкин отправил в отряд генерал-майора Орлова-Денисова у местечка Будиловой пристани. У самого Потемкина остались только батальон 40-го егерского полка, три роты Бутырского пехотного полка и «малое число конницы» (два эскадрона Сумского гусарского полка).

6-й пехотный корпус генерала Дохтурова был расположен на соединении дорог из местечек Бешенковичи и Будилова с большой дорогой на Витебск. После переправы французов через Двину Дохтуров приказал арьергарду генерал-майора графа Палена идти к Бешенковичам и атаковать неприятеля. Арьергард выступил по направлению к местечку Островно, через которое лежал путь на Бешенковичи.

Дело при селении Кужелиничи на реке Пине.

После усиленной рекогносцировки 22 июля, вечером 23 июля отряд генерал-майора Мелиссино (3-я Резервная Обсервационная армия генерала Тормасова) атаковал позиции саксонских войск у селении Кужелиничи, преграждавшие ему путь к местечку Янову. В ходе атаки отличились штабс-ротмистр Лубенского гусарского полка Иванов, хорунжий Донского казачьего подполковник Барабанщиков и 2-го полка Хмарин.


Алексей Петрович Мелиссино (1759—1813). Худ.Доу.

Генерал-майор Мелиссино направил пикет из эскадрона Лубенского гусарского полка и казачьей команды под командованием штабс-ротмистра Иванова с целью предотвратить переправу неприятеля через реку Пину. Если бы это произошло, неприятель мог бы обойти наш тыл и помешать атаковать саксонскую позицию через мост и плотину. Иванов сам бросился первый с гусарами и казаками в реку и переправился через нее где вброд, а где и вплавь на вражеский берег. Сразу же отряд ударил по одному из саксонских подразделений и вынудил его к бегству.

После этого штаб-ротмистр Иванов расставил пикеты из своих кавалеристов на неприятельском берегу, обеспечив беспрепятственную переправу через Пину на плотах передового отряда 32-го егерского полка, который впоследствии и выбил саксонцев из Кужелиничей. «После сего, в самой скорости, сам (Иванов) с 7 казаками при хорунжем Хмарине и с одним взводом Лубенских гусар, настигнув паки неприятеля ретерующегося, гнал его еще 8 верст, не мало поражая онаго».

Другие события этого дня Отечественной войны. Сражение под Салтановкой 23 июля 1812 г.

События дня минувшего 22 (10) июля 1812 года.

Источники:

1. Генерал-майор М. Богданович "История Отечественной войны 1812 года по достоверным источникам", Санкт-Петербург, 1859 год. Том 1.

2. Боевой календарь-ежедневник Отечественной войны 1812 года. Часть 1. Составитель Н.П. Поликарпов. Москва. 1913 год.

Материал подготовил обозреватель Александр Лир.

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине

23 июля 1793 года

23 июля 1793 года прекратила существование Майнцская республика, также Майнцская коммуна (21 октября 1792 — 23 июля 1793 года) — одна из дочерних республик Франции, а также первое демократическое государство на территории современной Германии, в которой со времён средневековья господствовали мелкоабсолютистские государственные образования.



История

Майнцская республика появилась под влиянием идей Великой Французской революции. Более того, 21 октября 1792 года сам город Майнц был занят французскими революционными войсками, быстро превратившись в центр революционного движения, которое выражалось в появлении ярко выраженного городского самоуправления. 23 октября в городе появилось «Общество друзей свободы и равенства», которое напоминало Якобинский клуб. Его лидером был Георг Форстер. Он, а также некоторые другие члены общества, вошли в состав новой администрации, созданной при непосредственном участии французов.



Расцвет

15 декабря французский Конвент издал в Майнце декрет, повозглашавший суверенитет народа. При этом также была проведена полная отмена феодальных пережитков и повинностей.

17 марта 1793 года в Майнце открылся собственный Рейнско-немецкий национальный Конвент, лишивший феодалов всех прав и привилегий. При этом территория от Ландау до Бингена была объявлена «свободным, независимым и неделимым государством, основанным на законах свободы и равенства». Примечательно, что уже 19 марта Конвент проголосовал о присоединении Майнцской республики к Франции, к которой долгое время тяготел прирейнский регион, хотя собственно французского населения здесь практически не было.



Падение

Однако уже 30 марта, когда Майнцская республика стала частью Франции, город окружила армия коалиции реакционно настроенных европейских держав. Началась длительная осада Майнца. Французская армия была вынуждена капитулировать, а войска коалиции восстановили власть курфюрста и начали проводить репрессии против так называемых «майнцских клубистов», то есть членов «Общества друзей свободы и равенства» и активных участников революционного движения.



Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории

Доска в пине

23 июля 1453 года

23 июля 1453 года состоялась Битва при Гавере — сражение близ местечка Гавере, расположенного на берегу Шельды в графстве Алост между армией герцога Бургундии Филиппа III «Доброго» и восставшими горожанами Гента. Эта баталия стала одним из ключевых эпизодов Гентской революции 1449–1453 гг..

Один из наиболее развитых и цветущих средневековых городов, Гент, в 1449 году, в союзе с соседними городами, восстал против Филиппа Доброго, душившего жителей непомерными налогами. В то время как Филипп стягивал войска из Пикардии, Артуа и Фландрии (около 30 тысяч солдат), гентское ополчение (насчитывающее примерно столько же человек, как и войско Филиппа) перешло границу и приступило к осаде крепости Уденард. Однако, осада не удалась, и 24 апреля граф д’Этамп сумел оттеснить ополчение.

Тем временем герцог Бургундский подошёл к Генту и 6 июля начал осаду города, который уже через 2 недели вынужден был сдаться на милость победителя. Гентское ополчение, спешившее на выручку Генту, опоздало совсем немного и 22 июля вступило в бой, но уже в совершенно невыгодных для себя условиях, так как неприятель закрепился на крепостных стенах. И хотя сражение началось для ополченцев весьма благоприятно; им удалось оттеснить бургундскую конницу, но в решающий момент у гентсцев взорвались пороховые ящики, и в их рядах их началась паника, которой тут же воспользовался Филипп. Бургундское войско стремительно врезались в ряды ополчения и практически полностью его уничтожило. По различным оценкам восставшие потеряли только убитыми от 16 до 20 тысяч человек.

Согласно описанию Жоржа Шателлена, герцог Филипп выглядел в этой битве так: «Воистину, его тело было защищено так, что ни у кого из людей лучше и быть не могло; также его шлем был увенчан позолоченным цветком лилии очень тонкой работы, с плюмажем… Его конь был большим двойным ронсоном (gros double ronchin) из Германии, удивительно мощный, который хорошо показал себя в этот день. Вооружение /коня/ состояло из красивого наголовника и доспеха-барда для лошади, очень добротно сделанного».

Жители Гента боялись, что Герцог разрушит Гент до основания, однако, прагматичный Филипп не стал из мести уничтожать город, который приносил в казну очень существенный доход.

За отвагу проявленную в ходе битвы Жак де Люксембург-Линьи был посвящён Филиппом в рыцари.

И хотя Гент понёс тяжелейшие потери, мечта о свободе продолжала жить в сердцах горожан и, в 1539 году, в городе вспыхнуло новое восстание.



Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории

Доска в пине

22 июля (10 июля по старому стилю) 1812 года

22 июля (10 июля по старому стилю) 1812 года.

Прусские войска генерала от инфантерии фон Граверта подошли к Риге. Рижский губернатор генерал-лейтенант Эссен 1-й приказал сжечь предместье города.

Французский посол в России дивизионный генерал Лористон, а также посланники Вестфальского, Вюртембергского и Неаполитанского королевств вывезены на кораблях Балтийского флота из Кронштадта в Пиллау.

Рсаположение 2-го резервного корпуса русской армии под командованием генерал-лейтенанта Эртеля 22 июля 1812 года, развернутого у города Мозырь и перкрывающего дорогу на Блбруйск.

Авангардный бой при деревне Дашковка.



Авангард 7-го пехотного корпуса генерал-лейтенанта Раевского, под начальством полковника Глебова 1-го, поддержанный авангардом 2-й Западной армии, под началом генерал-адъютанта Васильчикова, оттеснил авангард французского корпуса маршала Даву, расположенный на позиции при деревни Дашковка и заставил его отступить на позицию за деревню Салтановку.

В составе авангарда 2-ой Западной армии находились Киевский драгунский полк, Ахтырский гусарский полк и конная №9 рота 3-й резервной артиллерийской бригады. Авангард 7-го корпуса, которым командовал командир 6-го егерского полка полковник Глебов 1-й, состоял из 6-го и 42-го егерских полков.

Стычка с вооруженными крестьянами при деревни Кацель Дриссенского уезда.



Произошло нападение крестьян на обоз 40-го егерского полка (1-я Западная армия) в 18 верстах от города Полоцка, у деревни Кацель. Обоз сопровождала команда под началом полкового квартирмейстера 40-го егерского полка поручика Гнилокишкова, в составе 7 унтер-офицеров и 18 рядовых. Обоз следовал с 30 обывательскими подводами, на которых везлись сухари и крупа.

В 12 часов пополудни вооруженные крестьяне захватили весь транспорт, убили и взяли в плен 2 унтер-офицеров и 5 рядовых. Поручик Гнилокишков с уцелевшими солдатами прибыл в город Невиль, по дороге к которому они были обстреляны французским разъездом.

Кавалерийские стычки в окрестностях местечка Бешенковичи.

Начальник Полоцкого отряда шеф 19-го егерского полка Вуич 1-й получил приказ от командующего 1-ой Западной армии Барклая де Толли отрядить людей для удержания местечка Бешенковичи до тех пор, пока находящиеся там казенные продовольственные запасы не будут перевезены на правый берег реки Западная Двина.

Для выполнения этого приказа был выделен отряд под началом майора Сумского гусарского полка Самарина с двумя эскадронами этого полка, со 2-м Тептярским казачьим полком и гвардейской Черноморской сотней.

Разъезды, посланные майором Самариным, встретил, не доходя семи верст до местечка Бешенковичи, эскадрон французских конных егерей. Ночью отряд майора Самарина напал на неприятельский эскадрон, "вовсе оный истребил и несколько взял в плен, кои показали, что полк их принадлежит к 4-му корпусу вице-короля итальянского".

Утром 22 (10) июля майор Самарин со своим отрядом отступил на правый берег Западной Двины. Противник же, в числе трех кавалерийских полков, расположился вечером в окрестностях Бешенковичей и занял эту деревню одним эскадроном. Майор Самарин ночью по броду перешел на левый берег реки, напал на эскадрон стоящий в деревне и взял несколько человек в плен.

Командир 3-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Коновницын, по приказу Барклая-де-Толли, командировал к местечку Бешенковичи 3-й батальон 21-го егерского полка, под командой полкового командира майора Степанова с двумя орудиями конно-артиллерийской №4 роты полковника Мерлина, приказал майору Степанову остановиться на правом берегу Западной Двины против местечка Бешенковичи и прикрыть артиллерией отряд майора Самарина. Командир 6-го пехотного корпуса генерал Дохтуров тоже выслал для подкрепления отряда майора Самарина батальон Бутырского пехотного полка и два орудия легкой №45 роты 24-й артиллерийской бригады.

Кавалерийская стычка в окрестностях местечка Езеросы.

Комендант крепости Динабург генерал-майор Уланов и начальник Динабургского отряда генерал-майор Гамен получили известия о том, что в 25 верстах от крепости, около местечка Езеросы, находится небольшой французский отряд.

В ночь 22 (10) июля на левый берег Западной Двины перешел отряд под началом корнета Васича из запасного эскадрона Елизаветградского гусарского полка Сводного гусарского полка 9-й кавалерийской дивизии. Отряд состоял из 7 унтер-офицеров, 2 трубачей, 28 гусар этого эскадрона и Донского казачьего полка полковника Родионова 2-го под командой хорунжего Богачева с 14 казаками. Корнету Васичу было поручено выявить расположение противника и снять его посты.

На заре в полутора верстах от местечка Езеросы был обнаружен неприятельский сторожевой ведет, который, увидев передовой разъезд корнета Васича, быстро отошел к своему отряду. Неприятельский отряд состоял из 6 офицеров, 111 улан, 50 конных егерей и 50 пехотинцев.

Противник бросился на русский разъезд и опрокинув его преследовал до главных сил отряда корнета Васича, который атаковал неприятеля с тыла. В результате французский отряд был разбит и обратился в бегство. По сообщению Васича, потери противника составили убитыми 2 офицера, 50 нижних чинов. В плен попали 60 нижних чинов а прочие спаслись бегством в лесу. Также захвачено 37 лошадей. Наши потеряли одного гусара убитым и трех ранеными.

Стычка при деревни Свечи (село Воскресенское).

Казаки из гвардейской Черноморской сотни (отряд майора Самарина, 1-я Западная армия.) 22 (10) июля напали на французский отряд численностью 1 500 человек и, разбив, гнали его до расположений французского корпуса. В этот же день сотня участвовала в нападении на пять французских эскадронов у деревни Свечи (при селе Воскресенском).

Информации об этих стычках нет. Только в формулярных списках офицеров гвардейской Черноморской сотни за 1816 год имеются записи об участии их в бою 22 (10) июля 1812 года.



Усиленная рекогносцировка саксонской позиции у села Кужелиничи на реке Пине.

Отдельный демонстративный отряд шефа Лубенского гусарского полка генерал-майора Мелиссино (3-я Резервная Обсервационная армия Тормасова), в составе 32-го егерского, Серпуховского драгунского полков, 4 эскадронов Лубенского гусарского полка и части Донского казачьего полка подполковника Барабанщикова 3-го, вышли 20 (8) июля из местечка Любашев к реке Пина на участке между деревней Залужье и Пинском.

При селении Кужелиничи на реке Пине была обнаружена сильная позиция саксонского отряда. Подступы к мосту, плотине и к бродам были основательно укреплены неприятелем до того основательно.

Отряд генерал-майора Мелиссино начал осаду укрепившегося неприятеля, что задерживало наступление на местечко Яново. Генерал Мелиссино поручил подполковнику Серпуховского драгунского полка Энгельгардту и Лубенского гусарского полка ротмистру Алфимову и штабс-ротмистру Иванову произвести с их эскадронами усиленную (т.е. с перестрелкой) рекогносцировку неприятельских позиций и найти в ней слабые места.

Источники:

1. Боевой календарь-ежедневник Отечественной войны 1812 года. Часть 1. Составитель Н.П. Поликарпов. Москва. 1913 год.

2. Иностранцев М. А. Отечественная война 1812 года. Операции 2-й Западной армии князя Багратиона от начала войны до Смоленска. Чертежи.

Материал подготовил обозреватель Александр Лир.

Группа вк Этот день в истории
Группа в фб Этот день в истории
Группа в ок Этот день в истории
Доска в пине